МедиаУдар. Нижний Новгород. Экспедиция. День 2-ой и 3-ий


Расшифровка аудиозаписи воркшопа «Пространства городского исключения»

МедиаУдарНижний Новгород

Экспедиция25 апреля. День 2-ой, «нижняя» сторона города, 

Участники:  Всеволод Абазов (художник, Нижний Новгород), Валерия Алтарева (активист, Нижний Новгород), Андрей Амиров (социолог, Нижний Новгород), Татьяна Волкова (искусствовед, Москва), Станислав Дмитриевский (правозащитник, Нижний Новгород), Наталья Никуленкова (художник, Нижний Новгород – Москва), Матвей Крылов (художник, активист, Москва), Антон Польский (художник,  активист, Москва),  Дмитрий Фролов (психиатр, активист, Нижний Новгород), Ерор Ерор (художник, Нижний Новгород) и другие

Фото – Валерия Алтарева, Татьяна Волкова, Александр Лавров

Утренняя встреча была назначена в МакДональдсе у Московского вокзала, печально известного тем, что в нем участниц группы Pussy Riot облили зеленкой неизвестные правые активисты. Make сделал памятную табличку на стене МакДональдса, которая просуществовала недолго, до прихода сотрудницы заведения. 

10152373_221024031441648_3807859951349807564_n

 

Валерия Алтарева: Автобус номер 71 – типа “активисткий”. Это не автобус, а по московский меркам маршрутное такси, частник. Предыстория такая : было повышение цен на проезд с 15 до 20 полтора года назад, пенсионеров лишили безлимитного проезда, а оставили только 39 поездок в месяц и вообще был громкий скандал, митинги. Уже тогда были проблемы у 71 маршрута, т.к. повышал цену очень неохотно. Сейчас хотели отменить 71 маршрут – этот ИП – за то, что он отказывается повышать цену на билет, сделал даже меньше, чем было  – 15 руб. Это легендарный маршрут, ходит ночью по расписанию, в хорошем состоянии всегда, экранчики висят. Даже была интересная акция – убрали кондукторов и повесили ящичек, а на него рулон билетов. Все отрывали себе билеты – «мы доверяем вам, вы доверяйте нам» – инициатива не пошла, но они все время что-то новое пытаются сделать. И сейчас его хотят «снять». У нас же все по тендерам работает. Говорят, якобы другой перевозчик набрал больше баллов по конкурсу, хотя все знают, что ИП Каргин – лучшее из предприятий перевозчиков.

Продолжение истории  – уже после окончания фестиваля Валерия прислала ссылку на акцию “За Каргина! Черный ПАЗик с общественным мнением».

http://www.youtube.com/watch?v=5GvEqEdz6RU#t=43
Валерия Алтарева: Первая в городе лечебница для бездомных животных находится на окраине города, построена на деньги владельца сети кафе-книжных магазинов Дирижабль, лечебница в отличном состоянии. Многие активисты подбирают животных, лечат за свои деньги и пытаются раздавать, так что клиника очень кстати.

Валерия Алтарева: У моего дома завтра жители устраивают субботник по уборке мусора, оставшегося от застройщика. Застройщику запретили строить в результате борьбы с ним местных жителей, 8 лет простоял забор, потом закончился срок аренды у него и он снял забор, но там образовалось много мусора и вот местные жители самоорганизовываются завтра в 10 утра, чтобы его убрать. Сейчас мы проходим мимо здания цирка, мы  – анархисты, зоозащитники недавно его пикетировали. У нас есть своя рассылка, мы через нее собираем народ. Это были одиночные пикеты, по исследованию правозащитного центра. Кто-то из активистов проник в цирк, устроился на работу и на скрытую камеру снимал как животных «дрессируют», не особо гуманно. К чему конкретно приурочено сейчас уже не вспомню, скорее всего, это было в рамках недели солидарности, такие периодически проходят с какой-то конкретной темой пикеты и митинги в рамках страны или даже мира. Кстати у нас в Кремле запретили пикетировать, раньше было можно, но тот вчера стоял, что, кстати, тоже странно.

Андрей Амиров: Это остров Гребневские пески, в советское время это был городской пляж, но его закрыли т.к. горьковчане предавались разврату, там было очень много секса, пьяных драк и т.п. Из-за того, что репрессировали сексуальность, она вот так сублимировалась. Это были 60-70-е годы, потом закрыли, было много неприятных историй с изнасилованиями и пр. Недавно здесь был архитектурный воршкоп Арт-Стрелки, т.к. остров купил какой-то московский застройщик, девелопер, и хотел что-то сделать, провели семинар со студентами Стрелки, но они, несмотря на то, что здесь есть такая богатая история советская, ничего не предложили кроме элитного жилья и торговых центров, в общем скучно. А строить на самом деле, на нем и нельзя из-за законов РФ на речных островах, кроме временных конструкций, что невыгодно застройщику. Но частично ореол остался, сюда привозят лица кавказской национальности подружек и предаются разврату. Видимо, близость реки людей к чему-то подвигает, на пляже Гребного канала тоже. Там вокруг построили сауны, ресторанчики, гостиницы на час, то есть это джентрифицируется, коммодифицируется сексуальность, видимо, река эта связана с этой темой. Нет других доступных набережных. На Гребном канале так же есть нудисткий пляж. Он находится напротив монастыря, есть конечно некоторое столкновение интересов, они думали как этот прикрыть нудистский пляж и состряпали бумажку от лица родителей детей, которые занимаются спортивной греблей на канале – мол, падают результаты, дети гребут все время в одну сторону..

1606933_221024088108309_7515072951986504091_n (1)

Эти заводы частично работают, десять лет назад работающих было меньше, и все было более запущено, сейчас строятся новые дома, перестраивается производство.

Вот мы сейчас ходим по тем местам, которые были, то есть такой лаг, что когда ты думаешь, куда сходить, ты думаешь о том, что было в городе, но сейчас так быстро все меняется, ускользает быстро любая сцена, молодежная, субкультурная и пр., очень динамично все. Например, с детьми-беспризорниками и их местами обитания я знаю точно,  – они говорят, что стало больше контроля, стало меньше зон публичных неконтролируемых – рыночков, ларьков, толкушек – их сейчас почти что нет – и им негде собираться, они растворяются, вынуждены быть постоянно в движении. Вот здесь были дети, сейчас нет. Они есть у Московского вокзала, например, они идут туда,  где их кормят: Еда вместо бомб, кришнаиты, Анонимные алкоголики и наркоманы, развитая инфрастуктура, православная церковь кормит иногда. Сейчас зимой на улице практически невозможно выжить, все подвалы и чердаки заварены, везде смотрят полиция, жители стучат. Они же из детских домов или у них есть родители-наркоманы, так что они терпят, ждут весны, потом сбиваются в небольшие группы, стараются одеваться так, чтобы их не вычислили.

Пятачок на Гордеевском, днем там ничего нет, а вечером секс-работницы, наркоманы и пр.

У Юпитера – молодежное коммьюнити – там стоят рокеры обжаханные. Может быть, из-за интернета сейчас все маргинализируется, раньше там где сотни собирались, сейчас люди договариваются через мобильные телефоны. Или на Драме есть ассамблея рокеров – решают, кто пойдет за пивом. Секс-работницы, которые работают на улице – на проспекте Ленина с 10-11 часов вечера, например, и зимой и летом, на шоссе московском тоже много, на выезде из города. Есть стереотип, что ими пользуются только дальнобойщики, но это не так, есть и на дорогих машинах, семейные. Расценки – около 2000 р за секс. «Плечевые» – которые на трассе – садится, с дальнобойщиком, оказывает услуги, выходит, ловит другого в обратное сторону – это называется «плечо» –  дешевле, 1500 р. Но цены быстро растут. В конторах – 2000р. Вот здесь напротив администрации Канавинского района всегда напротив работали секс-работницы. В Москве рядом с Петровкой 38 я видел элитных салон секс-услуг, сзади если обойти здание там во весь этаж «блядушник» – там у меня приятель жил напротив, он рассказывал, менты ими пользуются.

Рынок по выходным и не только продают всякие найденные товары, бомжи продают всякую снедь, можно найти что-то интересное, странное, найденное в заброшенных домах . Вообще это целая культура, люди Нижнего Новгорода очень любят рынки и этот рынок, но его хотят закрыть, или урезать. Можно поторговаться, пообщаться, провести досуг.

10253841_221024424774942_7123146404700120902_n

 

10312401_221024451441606_2748929256991059156_n

Матвей Крылов: Комитет против пыток образовался в Нижнем Новгороде уже достаточно давно, занимается правами заключенных, это тусовка — Каляпин, Рубашный. Рубашный — это бывший полковник ФСИН, который занимался там воспитательной работой, потом ушел на пенсию и вступил в эту правозащиную организацию, проводят инспекции в колониях, в частности, с Толоконниковой и Алехиной и их проектом «Зона права» сотрудничают. Рубашный будет возглавлять ее в Мордовии. А с Каляпиным мы познакомились в Челябинске, когда был бунт в Копейске, он приезжал в колонию, у них отлаженный механизм — у них есть адвокаты и пр.  Это НКО.

Валерия Алтарева: Еще Каляпин — член совета по правам человека при президенте, если я не ошибаюсь.

Матвей Крылов: Они сотрудничают с Агорой, с Солдатским мемориалом. А у Дмитриевского как называется организация?

Валерия Алтарева: Это надо у него спросить, как сейчас называется, мы как раз к нему сейчас едем.

Андрей Амиров: Парк  1 мая. Здесь есть легендарное кафе «Первое мая» – шашлыки, кавказская кухня. И тут , наверное, новая дирекция — у вас Капков, а у нас вот — грибочки, своими силами — жэк-арт, креатив. Здесь тусит смешанная публика — школьники, алкаши.. Это не в самом центре, но у метро. Раньше всегда перед входом стояли такси, которые возили к нарко-барыгам, секс-работницы. Но сейчас все меняется.

Жэк-арт — это такое понятие, когда люди у себя во дворе делают из бутылок хрюшек, например, плюшевые игрушки прибивают гвоздями к березам, и все думают что это бабушки из двора делают, все само, а на самом деле для них проводятся семинары специальные муниципальные по всей стране — как из старых тазов делать грибочки, кормушки из бутылок — улучшайзинг такой. Это не самоорганизация — они привлекают население, обучает. И, оказывается, это не просто свой двор так можно благоустроить — а вот, пошли дальше, городской парк.

10252139_221024538108264_6678629395305060319_n

photo3

Татьяна Волкова: Это эстетическая концепция или экономическая? Это «голь на выдумки хитра» или это такое виденье?

Андрей Амиров: Эстетическая, связанная с политическим.

Андрей Амиров: Это ДК им Ленина, построен в 1925 г, Крупская открывала, одно из первых в Нижнем Новгороде строений новой пролетарской архитектуры. Пролетарская дорика — неоклассика.

10273426_221024561441595_980187686623255315_n

……

Валерия Алтарева: У нас метро до сих пор на жетончиках, лет пять-семь назад оно стоило 11 р, а в Питере около 20, и все затаривались у нас жетончиками и катались на питерском метро, это стало большой проблемой и в метро предприняли радикальную меру — их продырявили! И теперь они похожи на китайские монеты, их можно вешать на веревочки и дарить приезжим как сувенир вместо убогих магнитов.

….

Правозащитник Стас Дмитриевский у себя в офисе на улице Студеной: Основная работа у нас  — это Центр документации им. Натальи Эстемировой, имеется в виду Yаташа, сотрудница Грознеского Мемориала, похищенная и убитая 15 июля 2009 г. Это правозащитная организация, которую учредили ряд российских и международных партнеров в Норвегии, мы собираем материалы о преступлениях, совершенных в ход вооруженного конфликта на Северном Кавказе в 1972. Помимо всего я вовлечен в кучу гражданских и прочих дел, по образованию я историк, занимался археологией памятников архитектуры до 2000 г. Тему стараюсь не бросать, поэтому у нас есть юридический проект, посвященный правовым механизмам защиты объектов культурного наследия. То есть город у нас уничтожается совершенно в страшных объемах — и понятно, по какой причине — не по непониманию, не по нехватке средств, а по причине запредельной коррупции. Жена нашего мэра — госпожа Эллада Нагорная — владелец холдинга самых крупных строительных фирм в городе, фактически это фирма Сорокина — мэра, он стал мэром в 2010 г и переписал все на нее. Что касается юр.составляющей — мы стали проводить государственные историко-культурные экспертизы объектов архитектурного наследия, которые стали подавать в Управление охраны памятников — абсолютно коррумпированный орган – там все останавливается, они вынуждены делать контр-экспертизы — пока нам не удалось остановить этот каток, но замедлить удалось существенно — вот на квартале на Ильинке, который они собирались снести в течение нескольких месяцев, у нас уже эта битва идет с переменным успехом полтора года. Есть основания думать, что кое-где мы сможем это остановить, потому что нам удалось в эту «войнушку» вовлечь федеральное министерство культуры. Насчет него у меня тоже нет никаких иллюзий, но у них разные интересы и иногда на этом удается играть, иногда федералам проще действовать по закону, чем прикрывать местные «денежные мешки». Но помимо всей этой правовой составляющей — она бы вообще не работала, если бы не велась гражданская активность. Например, 126 дом когда защищали по Ильинке, это были и пикеты, и бросании под бульдозер, и перекрытие дороги, после чего, наконец, менты у нас взяли экспертизу и сказали — а, действительно, дом то охраняемый, и остановили стройку. Мы тогда уже все в кутузку собрались — думаем, дорогу перекрыли, сейчас начнется.. Кстати, интересно, что менты последние 2 года не препятствуют градозащитным акциям, даже если они не согласованы — я не знаю, чья это позиция — местного ГУВД или кого. У нас тут была довольно дерзкая акция «Похороны чести и совести и деловой репутации господина Хохлова» — руководителя управления охраны памятников, а также нашего мэра. Был в натуральную величину сооружен карикатурный черный гроб, Аня Кузнецова, художник-оформитель постаралась, и шествие с гробом и венками , со скрипками и фальшивым дудением  похоронного марша прошла по Ильинке, это было безумно смешно, и все это было водружено к его офису. По слухам, у Хохлова была паника. Это было 2 сентября прошлого года. Менты шли рядом и только что честь не отдавали.

photo2 (2)    photo1 (7)

Матвей Крылов: А вы — НКО?

Стас Дмитриевский: Есть такое НКО –  социально-экологическая организация Зеленый мир, этот проект мы реализуем через него.  Но сотрудники у нас из разных мест, у всех это — не основной вид деятельности, средств то недостаточно. Что касается закона об иностранных агентах — ни одна правозащитная организация не признала себя ими, это единственный закон, который был дружно пробойкотирован. «Голос» через суд признали, и они закрывают это юр.лицо, откроют другое. Я расскажу, как я работаю — я это не афиширую, но и не скрываю. Наш центр документации — это организация, которая занимается военными преступлениями на Кавказе. База данных у нас в Норвегии, все документы там, это слияние архивов всех правозащитных организаций, работавших на Северном Кавказе. Я как сотрудник этой организации получаю зарплату напрямую от них на карточку, плачу подоходный налог в России. И таких сотрудников немало. И это помещение я снимаю как свою творческую мастерскую. То есть нас юридически не существует. Я и вам могу сказать, что многие правозащитные организации готовят себе такой запасной аэродром, например Комитет против пыток, который пытались признать «агентом». Во-первых, признание себя агентом — это противно, играть в эту игру по правилам властей, а во-вторых, это дает проверяющим органам намного больше полномочий и затрудняет отчетность, если это организация маленькая или даже средняя — работать ты не будешь, будешь каждый день комиссии встречать и пр. Это постоянная невротрепка и к тому же «западло». Ты дашь им палец — они еще чего-то потребуют, нельзя этого делать. И меня очень радует, что это первый случай, когда все сказали — нет. Теперь они хотят внести в законодательство, чтобы Минюст сами признавали организации агентами. Комитет против пыток, с которым я постоянно работаю и мы сейчас вместе делаем мою книгу,  если их признают агентами, они тоже закроются и будут работать по такой же схеме. Хотя для большой организации это, конечно, проблема.

Матвей Крылов: Расскажите нам про местный Центр Э. В первый же день после мероприятия за нами три человека с видеокамерами ходили.

Стас Дмитриевский: Руководитель нашего центра Э – Трифонов — по агентурным данным — распространяет такие листовки (показывает) – «Мы пидарасы и тем гордимся». То есть офицеры в служебное время сидят в фотошопе и пр. На фотожабе — конкретные люди, активисты — правозащитники, учителя и пр. Таких листовок было много. У него твиттер, он постоянно там постит шутки «ниже пояса». На мой взгляд, он просто болен. Я уже давно говорю начальнику ГУВД — вызовите вы ему сексопатолога, ему нужна помощь.

IMG_1359

IMG_1341

Матвей Крылов: Давайте посмотрим его фото в Интернете. Просто позавчера было три человека в штатском вместе, и еще один, который к нам прицепился и вел себя как сумасшедший, провоцировал нас, хватал Игоря за бороду и пр.

Дмитриевский: Вот он. (показывает в Интернете). 1977 года рождения.

Татьяна Волкова: Но вообще похож. Такой художник он, перформансист, медиа-активист. Вел себя как городской сумасшедший.

Валерия Алтарева: Да, реально похож.

Матвей Крылов: Ну если это был Трифон, то вообще .. Потом он поехал за одним из наших активистов в трамвае, но тот выпрыгнул на следующей остановке.

Валерия Алтарева комментирует видеодокументацию акции в Интернете:  Когда началась заварушка с Украиной и Путин попросил разрешение у совета федерации ввести войска, случилась первая стихийная анти-военная акция во всех городах. Насколько я знаю, в Питере и Москве было винтилово, у нас обошлось без него. Мы — анархисты – самоорганизовались и решили, что нужно проводить такие акции дальше, и на этом видео — первая санцкионированная акция  у Драмтеатра на Покровке, где традиционно проводят пикеты. Только принесли агитацию и стали ее разворачивать — и дальше начинается неадекват — так называемые «нодовцы» прыгнули на плакаты, началась заварушка с участием провокаторов неясных. Полиция увела одного. Остальные вернулись, и все началось заново. И так было на каждой акции — то они дрались, то приходили с плакатами, то привели казака и пр.

10155459_221024958108222_8693975785302309982_n

работа Феди и Андрея А.О

 

 

26 апреля, площадь Минина, одиночный пикет

IMG_1368

Татьяна Волкова: Расскажите, пожалуйста, почему вы стоите здесь в одиночном пикете на площади Минина.

Дмитрий Фролов: Я врач-психиатр, работал в психиатрической больнице  2 года, но сейчас подал заявление об уходе из-за неприемлемых условий работы. Дело в том, что ставка врача -7 тыс. рублей плюс всякие начисления. В итоге выходит около 15 тыс. руб. На эти деньги жить невозможно. Врачи вынуждены брать по 2-3 ставки чтобы прокормить себя и свою семью, в результате страдает качество работы, так они вынуждены вести,например,  70-100 пациентов. При этом физически невозможно качественно оказать медицинскую помощь стольким людям. И это повсеместная практика. Мой пикет приурочен к голодовке врачей  в Североморске, объявленной с требованием повышения зарплаты.

Татьяна Волкова: И что вы предлагаете?Какой выход из ситуации? Чего вы хотите добиться своим пикетом?

Дмитрий Фролов: Я призываю врачей  перейти на одну ставку,. В результате больницы «встанут», а власти будут вынуждены обратить внимание на проблему.

Татьяна Волкова: То есть вы хотите, чтобы врачи перешли на ставку, на которую невозможно выжить, а пациенты остались без помощи?

Дмитрий Фролов: Это временная вынужденная мера. Другого выхода я не вижу,  так как власти сообщают в СМИ, что врачи получают хорошие деньги, что соответствует действительности. Однако они не сообщают, какой ценой это происходит. Люди работают на 2-3 ставках на износ, не видят своих семей, не способны оказать качественную помощь такому количеству пациентов. Страдают от этой ситуации все. Своим пикетом я хочу в первую очередь привлечь внимание врачей,  найти среди них тех, кто поддержит идею забастовки. Я уже делал публикации об этом в социальных сетях,  где они получили большую поддержку. Также я надеюсь, что в будущем в нашем городе пройдут массовые пикеты и митинги медицинских работников.

 

26 апреля в качестве завершения фестиваля в антифа-клубе Станок состоялась лекция Татьяны Волковой «Тактические медиа и активистское искусство», презентация карты-маршрута экспедиции «Пространства городского исключения» и граффити-джэм с участием московских и нижегородских уличных художников. Плоды совместной деятельности были инсталлированы ночью на стадионе Водник. Все акции прошли без участия правоохранительных органов.

 

 

10150797_221615318049186_7858415153402066935_n    10313842_221287081415343_3569157695804932684_n

1912036_221794481364603_7286501709513191474_n

P.S. Через 2 недели после фестиваля центр Э  “поздравил” с 9 мая посетителей, собравшихся в клубе Станок на антифашистский концерт.     http://4febnn.blogspot.ru/2014/05/9.html

еще фотографии: экскурсия и окончание воркшопов

О фестивале

МедиаУдар – международное сообщество, направленное на изучение, артикуляцию, документацию, поддержку и развитие активистского искусства. Важным для сообщества МедиаУдар является включение художественных проектов в реальные социально-политические практики, такие, как участие в кампаниях по защите прав миноритарных групп, за освобождение политических заключенных, защиту окружающей среды, развитие системы альтернативного здравоохранения, борьбу с цензурой и диффамацией по отношению к деятелям культуры и др. 

Самоорганизация

Фестиваль формируется по принципу самоорганизации рабочей группы художников, активистов, искусствоведов и философов в формате “баркэмп” – неофициальной конференции, создаваемой самими участниками. Это включает в себя ассамблеи, экспедиции, издательскую деятельность,
выставки, презентации, лекции, воркшопы, дискуссии, литературные читки, концерты, видеопоказы, резиденции, совместные акции, теоретическую лабораторию.  

Контакты

Присоединяйтесь в: Twitter | Facebook
Связаться с фестивалем можно по email mediaimpact2014@gmail.com